— Вижу, Берко.
— Кого?
— Тебя. У тебя щека расцарапана.
— Это меня веткой. Ну что же?
— Знаешь, что я думаю, Берко: ведь мы оба с тобой теперь невидимки и потому, быть может, и видим друг друга. Это очень удобно для невидимок, правда? А посторонний человек не увидел бы нас.
— Возможно, что и так!
— Эй, вы, олухи, — вдруг кто-то крикнул позади мальчишек, — я тоже вижу вас прекрасно!
Мальчишки обмерли от страха и не знали что — бежать или упасть на землю.
Кто-то сзади облапил Берко с Мойшей и со смехом повалил их на траву.
— Шма Израиль![7] — воскликнул в ужасе Мойше. — Это чорт!