— Не стой, проходи!.. — крикнул у дверей Анисимычу и Василию сторож с оглоблей.
— Не стой, проходи! Милый мой, не череди! — смеясь повторил, пробегая мимо него в дверь, Анисимыч.
Станки были пущены в ход. И станки Анисимыча были раскрыты.
— Ай да Марья!..
— Где же ты пропал, — закричал сквозь шумный грохот станков на Анисимыча Поштеннов — начудил, да в кусты?!
— Я домой, а не в куст, потому: живот был пуст, — подкрепился. Где наши?
— В сортире галдят…
— Вася, айда туда.
3. Газ гаси!
В те времена уборные при фабричных корпусах были единственным местом, где ткачи и ткачихи могли собираться, чтобы поговорить, а то и послушать чтение: не раз в уборной, держа для виду перед глазами газету, Анисимыч вычитывал из нее ткачам неожиданные речи.