На первом же куплете пение, заставив было примолкнуть женщин, расстроилось, и только одна из учениц дрожащим голоском старательно выводила:
— Слава знанья покровителям,
просвещения хранителям,
слава, слава дорогим гостям!..
Она осеклась и смолкла в наступившей внезапно тишине — в которой жутко было слышать вопли и крики откуда-то снизу…
Потом вдруг «гости» вспыхнули дружным хохотом… И ученики не могли удержать дробного смеха. Криво усмехнулся и Севцов.
После залпа смеха — было только одно мгновенье тишины, когда кто-то из «гостей» громко сказал:
— Баловство!
Бабы опять завопили, приплясывая, и видно было, что ученики сейчас бы убежали — если б «гости» не закрывали спасительной дороги. Женщины кричали разное:
— Чему вы учите: голых статуев рисовать. Да с нас же берете по тридцать пять копеек в месяц!