Сергею Васильевичу; дух недоверия и противоречия проглядывал в каждом его слове.
Объявлял ли Герасим о том, что сегодня скошено десять десятин луга, Сергей
Васильевич находил, что это очень мало, что мужики, вместо того чтоб косить, играли, верно, в свайку или в бабки.
- Помилуйте, сударь, возможно ли это дело? - говорил Герасим, быстро вращая за спиною большими пальцами руки, что, как известно, делал он, когда находился в недоумении.
- Очень возможно! - возражал Сергей Васильевич, - мужики всегда так, когда на барской работе: это, разумеется, не своя работа - барская, - довершил он иронически, и все в том же роде, так что Герасим Афанасьевич, возвращаясь к своим дроздам и чижикам, разводил только руками и заботливо потряхивал седою гладко обстриженною головою.
"Нет, папенька не таков был! - рассуждал всегда сам с собою старик, - не таков был папенька!.. Также вельможа был, а между тем насчет, то есть, и в хозяйстве толк знал!.. был, примерно, настоящим хозяином… Впрочем, этот еще молод! По молодости, выходит; к тому же и не привык… а главное, выходит, больше по молодости!" - заключал старик, носивший когда-то Сергея Васильевича на руках и потому считавший его очень молодым даже в тридцать семь лет.
Порешив таким образом с делами, Сергей Васильевич являлся в гостиную или на террасу, куда обыкновенно собирались вечером.
- Ты, кажется, устал, Serge, - говорила Александра Константиновна, с нежным участием глядя на мужа, который тяжело опускался в кресло, утирая лоб платком, и уныло вращал глазами. - Tu devrais te reposer, mon ami! - продолжала она, - право, следовало бы отдохнуть! Все эти хлопоты, заботы - все это тебя утомило… ты даже похудел.
- Нельзя же, душа моя, - возражал Сергей Васильевич, подпирая голову ладонью и вздыхая, - никак нельзя. Без хлопот ничего на свете не бывает, и, наконец, мое положение этого требует…c'est pour amsi dire, mon devoir!..
- Милый! - нежно подхватывала Александра Константиновна, протягивая мужу руку и пожимая ее, - но все-таки я нахожу, ты слишком себя беспокоишь, слишком принимаешь все это к сердцу. После того, что ты сделал для именья, ты, кажется, вправе отдохнуть; тебе необходимы развлеченья, c'est plus serieux, que tu ne le pense - такая жизнь действует даже на расположение твоего духа. Знаешь, Serge, мне даже приходит в голову иногда, что ты себя пересиливаешь… tu n'est pas apprecie - ты сам это чувствуешь; тебе, кажется, самая эта деревня как будто надоела…