- Как же это ты так, Тимофей? - снисходительно сказал старик, - дожил до того, что все на тебя жалуются? У этого крупу взял - не отдаешь, у этого - деньги…
Лапша прищурился и усиленно приподнял правую бровь.
- Власть ваша… - пробормотал он.
- Какая тут моя власть? Моя власть вот какая: коли взял, отдать надо - вот что! а не то чтоб доводить до таких неприятностей. Брал ты у них крупу и деньги?
- Брал, - произнес Лапша, роняя метлу в третий раз.
- Ну, так чтоб завтра же было отдано - слышь? Чтоб господа и не слыхали об этом деле - слышь?
- Рады бы… не осилим, Герасим Афанасьич! взять неоткуда! - сказал Лапша, совсем растерявшись.
- Ну, как знаешь, а чтоб долг отдан был до приезда господ! - вымолвил с некоторою досадой старик. - Отчего же другие ведут дела свои исправно, как следует? Отчего же ты один разорился? Оттого, что на печке любишь обжигаться, - вот что! Плохой ты мужик, как погляжу я. Эх! хуже тебя нет во всей вотчине - срам, просто срам - да… лень, да! В тебе все такое-этакое (Герасим Афанасьевич подогнул колени и скорчил жалкую физиономию) - да, такое-этакое… Ничего нет такого-этакого! (Он выпрямился молодцом и закинул назад голову.) Дрянной ты мужичок - вот что! А долги чтоб были отданы до господ - это беспременно!.. Ну, братцы, дождик-то, видно, зарядил не на шутку, - подхватил управитель, обратившись к мужикам, обступившим его с просьбами, - если кому что нужно, приходите завтра утром в контору; теперь сами видите: так и льет. Ступайте домой! А вы куда, голубушки? вы куда собрались? - Крикнул он поспешно, направляясь к бабам, которые повалили из дому, как только увидели, что мужики пошли к воротам.
- Мы думали, ты нас отпустил по домам, - бойко сказала востроглазая бабенка, та самая, что так много хлопотала об устройстве хоровода.
- Это ты с чево взяла, голубушка? - возразил Герасим Афанасьевич, - мужики пошли потому, что дождь; а вам разве в доме дождь-то мешает? Ступай-ка, ступай назад!