— Ко мне пойдем — что ветер ловить? Четверть есть. — Сапожник взял мужика под руку, но Звонкий упирался, припадая головой к плечу земляка и добродушно смеясь. — Да шел бы ты, — сказал сапожник, — чего околачиваться?
— Петрухи деньги, — сказал вдруг Звонкий, выпрямляясь и тараща глаза. — Это как понимать?
— Да уж так и понимать надо, — оглядываясь, вздохнул сапожник. — Деньги не твои.
— Похоронили Петруху, не видать мне его. Помер Петруха — вот тебе и весь сказ.
— Это уж как быть.
— Ежели свои, — пробормотал Звонкий, пытаясь набить трубку, — а то ведь Петрухи. Это ты, Вася, пойми.
— Я все понимаю, — сказал сапожник. — Ты, Конскентин, правильно.
— Правильно?
— В точку.
— Это деньги, милый… такие, не наши деньги.