Взволнованный, он встал из-за стола, вспомнив, как однажды вечером, «когда он курил на лужайке перед домом последнюю трубку на ночь, в спальне Джули вспыхнул подозрительно яркий свет. Он хотел тут же расследовать это дело, но Джули уже раздевалась. Мистер Бантинг редко бывал у нее в спальне. К мальчикам он заходил когда угодно, предварительно постучавшись. Но Джули взрослела и становилась, что называется, девицей с претензиями. За последнее время ему не раз случалось наблюдать, что как только на лестнице раздавались чьи-нибудь шаги, дверь в комнату Джули, — даже если бывала приоткрыта всего на какой-нибудь дюйм, — захлопывалась с демонстративным стуком, властно утверждавшим святость женского уединения. Это бессмысленное хлопанье дверью возбуждало гнев в мистере Бантинге. Скромность — вещь хорошая, он сам стоит за скромность, но срываться с места и хлопать дверью только потому, что отец поднимается по лестнице, — в этом было что-то оскорбительное. Он все собирался напомнить Джули, что не так давно отец каждую пятницу собственноручно купал ее по вечерам в цинковой ванночке.
Мистер Бантинг быстро поднялся по лестнице, распахнул дверь в комнату Джули и сразу окунулся в атмосферу, насыщенную сильным запахом косметики. Он нащупал выключатель и зажег свет.
Комнату залило мягким голубоватым сиянием.
— Ах ты!.. Лампочка дневного света! Вот дрянь девчонка! Ввернула такую штуку и хоть бы слово кому сказала! — Мистер Бантинг вывинтил лампочку и обследовал ее в желтоватом свете на площадке лестницы. Восемьдесят ватт! Кровь бросилась ему в голову. Он чуть было не швырнул лампочку об пол, но во-время одумался. Такая штучка стоит по меньшей мере три шиллинга шесть пенсов.
— Вот, полюбуйся! — сказал он, входя со своей добычей к миссис Бантинг. — Восемьдесят ватт! Мы с тобой ложимся спать при сорокаваттной, почему же она этого не может?
— Ей хотелось такую лампочку, которая дает натуральный свет. Это у них теперь модно.
— Натуральный свет! — сухо сказал мистер Бантинг. — Судя по тому, как там разит пудрой и помадой, он ей меньше всего нужен. Господи боже, это еще что?
Он взял в руки следующий счет и строго воззрился на него.
— Свитер и фланелевые брюки — два фунта пять шиллингов. Тоже наша покупка?
— Это Эрнесту, — пояснила миссис Бантинг, ничуть не смущаясь недоумевающим тоном мужа. — Когда он вступил в члены клуба, ему пришлось купить себе такие же костюмы, как и у других молодых людей.