К сожалению, однако, никакими усилиями не удалось проявить на пластинке ни следа какого-либо изображения. С этой вестью Лампленд снова поднялся через некоторое время на вышку обсерватории. Как ни досадна была эта неудача, объяснения, которой никак не могли найти ни Лоуэль, ни Лампленд, все же ассистент не мог не отдать должной справедливости научным знаниям и технической сноровке, обнаруженным новым фотографом. Не менее десяти-двенадцати совершенно новых опытов и приемов применил он, стараясь вызвать на свет Божий изображение «недодержанной» пластинки.

Солнце склонялось к закату и мистер Лоуэль распорядился приготовить все для нового ряда снимков с Марса.

В этот вечер «блуждающее пятно» было менее ясно видно вследствие неблагоприятного распределения света на Марсе; но все же атмосфера Марса была так прозрачна, что, в виду уже имеющихся, ранее сделанных, снимков, эта ночь сулила много необычайно важных открытий.

Лоуэлю понадобилось отлучиться на время с вышки обсерватории, и Лампленд, оставшись один, принялся наблюдать в небольшой телескоп небесный свод, чтобы сделать кой-какие записи.

В высоком сводчатом помещении обсерватории было совершенно тихо и темно; чуть слышно тикали только секундные часы.

Лампленд долго пробыл в одном положении, припав глазом к стеклу телескопа, как вдруг ему послышался какой-то шум. Оторвавшись от инструмента и выпрямившись, он напряг слух и начал пристально вглядываться во мрак; но нигде вокруг не видно и не слышно было ничего. Лампленд решил, что ему показалось, но для большей уверенности все же отвернул на минуту запасную электрическую лампочку.

Нигде не видно и не слышно было ничего.

Прошло несколько минут; вдруг ему снова почудилось, что в одном из углов темного помещения блеснула какая-то тускло светящаяся точка, похожая на отливающий фосфорическим светом глаз ночного хищника. Но когда он посмотрел пристальнее, чтобы разглядеть, что именно светится там, явление не повторилось. Уверенный, что у него просто расходились возбужденные нервы и разозлившись на самого себя, он отошел от телескопа и направился к большому рефрактору, чтобы установить его для новых фотографических снимков с Марса.

Приложив глаз к окуляру гигантского инструмента, он увидел, что все поле зрения затянуто туманной пеленой.

В эту минуту вошел мистер Лоуэль.