А свет молодого лица и старцев за сердце хватает.
Улыбки такой не купить за все драгоценности мира,
И стана такого стройней на свете не сыщется целом.
Окончился танец, и взгляд прощальный украдкою брошен.
О счастлив, кому суждено блаженство владеть ее телом!
Окончив танец, Дяо Шань по приказанию Дун Чжо вышла из-за занавеса. Приблизившись к Дун Чжо, она дважды низко поклонилась. Пораженный ее красотой, Дун Чжо спросил:
— Кто эта девушка?
— Это певица Дяо Шань.
— Так она не только танцует, но и поет?!
Ван Юнь велел Дяо Шань спеть под аккомпанемент тань-баня[14].