И у него ручьем покатились слезы. Императрица Фу тоже заплакала.
— Вы ведете себя, как дети! — разгневался Цао Цао и приказал задушить Дун Гуй-фэй за воротами дворца.
Потомки сложили об этом такие стихи:
Напрасно правителя милость снискала прекрасная дева!
Погибла несчастная! В жертву принесено семя дракона.
Не в силах отвесть ее гибель, руками лицо закрывая,
Безмолвно рыдал император, печалью своей удрученный.
— Казнить всех, кто из родственников императора по женской линии войдет во дворец без моего разрешения! — заявил Цао Цао дворцовой страже. — А тех, кто проявит попустительство, рассматривать как соучастников!
После этого Цао Цао набрал три тысячи верных ему телохранителей и поставил во главе их Цао Хуна.
— Я расправился с Дун Чэном и его сообщниками, — сказал Цао Цао Чэн Юю, — но ведь Ма Тэн и Лю Бэй тоже из их числа. Оставить их в живых невозможно!