Антонио ответил:

— Я не понимаю тебя; ведь если бы мне не было это приятно, я бы тебе этого не предложил, да и ты не решился бы на это. А потому готовься, ибо я хочу, чтобы ты это сделал. А стоить это тебе будет только одно рыбное блюдо, которым я угощу нескольких своих приятелей в ближайшую субботу.

Марко продолжал отказываться, но Антонио упорно настаивал, и в конце концов Марко согласился, обещав поставить требуемое блюдо за частицу собственного же товара. После этого он отчалил от берега, взял у своего господина арфу и заиграл на ней приятнейшую мелодию. Антонио же ушел с молодой женщиной под полог, и под эту нежную музыку они исполнили отличную тревизанскую пляску[265]Тревизанская пляска — буквально: пляска жителей Тревизо, небольшого города близ Венеции. Эти пляски отличались темпераментностью и быстротой. Но, возможно, здесь скрыт и какой-то эротический намек.. Когда она была закончена, Антонио позвал Марко и тихонько ему сказал:

— Получи теперь свою долю добычи, но, умоляю тебя, воздержись от желания узнать, кто эта женщина, ибо она из знатного семейства, и я с величайшим трудом привел ее сюда, убедив ее, что ты племянник нашего дожа.

На это Марко ответил:

— Я менее всего забочусь об этом, ибо не собираюсь вступать с нею в родство.

Сказав это, он весьма охотно пошел к ней, и, найдя ее благоухающею нежными ароматами, он, не обращая внимания на остальное и не заметив даже, что она встретила его без особого удовольствия, выполнил свою работу на славонский лад и, возвратившись к своему господину, сказал:

— Мне не удалось увидеть лица этой дамы, но, судя по всему остальному, уверяю вас, мне показалось, что я нахожусь со своей женой, так как у обеих словно одинаковое тело и дыхание. А потому к вашим услугам теперь не только рыбный обед, но и все прочее, что только у меня найдется.

Крайне порадовавшись этому, Антонио отвез молодую женщину туда, откуда он ее взял, причем они едва держались на ногах от смеха, что так ловко наставили Марко рога. И после того как они снова условились друг с другом обо всем, что было необходимо для наслаждения, Антонио возвратился к Марко, который ожидал его в самом радостном настроении. Отвезя Антонио домой, Марко возвратился к жене, которая сделала вид, что очень возмущена его долгим отсутствием, так что он в эту ночь не мог с нею помириться.

В первую же субботу Марко доставил в дом Антонио отменный рыбный обед, и Антонио, не желая проводить такое пиршество без приятелей, созвал многих своих друзей, и, рассказав им о совершенном обмане, он вместе с ними позабавился над этим приготовленным за счет Марко обедом. А во время пиршества они, издеваясь над Марко и отпуская на его счет разные веселые остроты, каждый в отдельности и все вместе сделали бедному Марко столько весьма ясных намеков, что, даже будучи куском дерева, он понял бы их. И хотя Антонио это не нравилось и он весь кипел, пытаясь словами и знаками заставить их замолчать, однако они так разгорячились вследствие забавности происшествия, что сам дож не мог бы водворить молчание. Тогда Антонио, увидя, что Марко проникся большой злобой к жене, так как прекрасно понял все происшедшее, тотчас же послал тайно за нею, приказав ей покинуть свой дом. Когда же Марко пришел домой и не нашел жену, он, чрезвычайно опечаленный, ушел из дому и отправился в Курчолу, а молодая женщина, оставшись у своего Антонио, продолжала наслаждаться своей цветущей молодостью.