— Почему вы просите меня во имя чести и счастья, а не именем Марии Рабида, покровительницы нашего монастыря?
— Потому, — ответил человек, — что если я избегну голодной смерти, то надеюсь пересечь море Тьмы и достигнуть берегов Индии, и от этого мне будет несравненная честь, а тем, кто не оставит меня, несчётное счастье.
Тогда Маркена обратился к привратнику и сказал:
— Эти странники — мои гости. Озаботься, чтобы им оказали необходимую помощь и должные почести. Когда они отдохнут, извести меня. Как ваше имя, сын мой?
— Христофор Колумб, генуэзец.
— Я заметил по вашему выговору, что вы из Лигурии, — любезно сказал Маркена. — Я встречал моряков с вашей родины. Это отважные и предприимчивые люди.
Во всё время разговора Маркена не сводил глаз с Диего. Теперь он нагнулся к нему и, не замечая, что пыльные ножки ребёнка пачкают его белую рясу, поднял Диего, прижал его к своей груди, поцеловал в рыжие кудри и быстро ушёл.
В монастырской гостинице Колумбу и Диего принесли кувшины с горячей водой и большие тазы. Монахи омыли путникам тело и ноги, а затем облачили их в мягкие и тёплые подрясники.
— Ваше платье почистят и починят. Не откажите временно надеть эту скромную одежду — она ещё никем не ношена.
Мальчику подрясник оказался велик. Диего дважды подпоясал его, подобрал и стал похож на девочку.