— Гудрун бросилась в омут, — сказал Андерс с Водопада. — Уговор выполнен.

Нильс почувствовал, что он больше не в силах находиться под крышей у Андерса, и ушел. Он бродил по лесам. Вдруг с запада налетела буря. Он лежал в это время во мшанике и смотрел на верхушки деревьев, которые раскачивались, словно желая его утешить. Иногда в их ветвях что-то шелестело и жалобно шуршало: «Крути колесо, крути!»

А когда сгустились сумерки, лес наполнился разными чудищами, которые, проведав о его несчастье, отважились подойти к нему. Там были и сероухие тролли. Они торопливо шагали в темноте с большими мешками мокрого белого мха, из которых сочилась вода, стекая по их волосатым спинам.

— Фу-ух, — отдувались они, противно гнусавя ему в самое ухо: — Крути колесо, крути! Обычно-то колесо приходится крутить нам. И едим мы за семерых, а не то отощаем и умрем!

Приходили и другие тролли, фыркая, обнюхивали ноги Нильса, кряхтели и бормотали:

— Все гниет, все гниет. Нам не дают есть ни свежатины, ни гнили, такова уж наша участь! Потому по весне мы такие крохотные, что ветер поднимает нас и уносит, как пылинки. Все гниет! Все гниет!

Светлячки, словно мерцающие огоньки, витали над кочками и шептали:

— Без отца, без матери! Без отца, без матери! Но жить надо, жить до дня Страшного суда!

От всех этих голосов Нильс беспокойно ворочался на своем травяном ложе. Наконец он встал и спустился вниз, к реке, в надежде встретить Дух водопада еще раз. Река была темна, словно бродящее в чане пиво. В шуме водопада ему слышался перестук вращающихся мельничных жерновов; день-то был не воскресный, а будничный. Подойдя ближе к мельнице, Нильс увидел, что Дух водопада сидит в большом колесе и все вращает его, вращает, расплескивая воду зелеными от слизи лопастями. «Крути колесо, крути! — доносилось из колеса. — Земная жизнь подобна мельничному жернову, а он скрипит и вращается, скрипит и вращается, перемалывая сердца, перемалывая сердца!»

Тут Нильс бросился бежать в горы. К утру посветлело, и Нечистый исчез, так что на зорьке Нильс смог прилечь и выспаться в зарослях вереска.