Первые -- чтобы вырвать для себя свою долю жизненности (убив другого), а вторые -- чтобы вырвать своих потенциальных убийц из тисков Небытия. В этой ситуации -- или грешник может стать, обратившись, святым. Или святой -- стать грешником (не устояв, пойдя по пути соблазнов). Именно поэтому при воплощении Иисуса Христа -- вокруг него группируются, стягиваясь кольцами -- как голуби, так и вороны, как агнцы, так и хищники. Но ни тем, ни другим -- до срока не видна, не понятна Цельность Иисуса.
Но эта Цельность -- может перейти в наследство к любому, кто сумеет честно и беспристрастно взглянуть на себя и свое существование -- взглянуть широко открытыми глазами. Взглянуть -- и захотеть вернуться к Себе, когда-то утраченному. Поэтому Иисус и говорит, что идущие за ним -- могут делать то же, что может делать и он, и даже, быть может, и больше, чем Он.
Языком юноговской психологии можно сказать, что Христос -- это носитель (воплощение) Самости, языком соционики -- что он воплощает Социон (Модель А), а на языке прозы В. Крапивина -- можно сказать, что он -- Тот, кто связан с Великим Кристаллом, то есть тот, кто, раскрыв свой внутренний Кристалл, абсолютно гармоничен и снаружи, и внутри и связан с любой гранью Мироздания, нити которого тянутся к пребывающему в Центре Мироздания -- Великому Кристаллу (Одной из Форм Абсолюта, Бога). Кристалл у личности -- находится в его духовном Сердце. Раскрыв его -- человек становится Сердцем. Сердца Бога и Человека -- невидимо связаны...
В специальной литературе по психологии можно прочитать про изменчивость природы архетипов коллективного бессознательного. Такие архетипы, как Мать, Герой, Мудрец и т.д. -- подобно древнегреческим богам и героям, на которых развивающийся человек западного типа проецировал некогда свое бессознательное -- действительно содержат в себе в качестве потенциала свою противоположность, так как человек наделен свободой. Человек свободен устремиться к противоположному Полюсу. В зависимости от того, какие им движут мотивы, он может даже дойти до водораздела, за которым начинается точка невозврата и -- скачок в свою полную противоположность. Вот тогда-то Герой превращается в Анти-Героя, Мать -- с Снежную Королеву, Мудрец -- в Глупца и т.д. и т.п. Тогда-то -- и возникают перевертыши.
Но это никак не означает, что это -- норма жизни. Сие -- норма "падшей" жизни "падшего" человека. Безразличие к добру и злу, недеффиренцированность, переходы часто беспринципных древнегреческих богов в свою противоположность -- это, так сказать, детство человечества. То, что принято называть язычеством.
Пантеон греческих богов, как и многочисленные боги в индуизме отражают состояние дел внутри и снаружи -- уже "падшего", то есть утратившего цельность, человека. Но они могут использоваться верховной Личностью Бога как инструменты для выведения такого человека из его плена.
Это не то Высокое Золотое Детство, где некогда пребывала наша основанная на Цельности Самость. В некогда цельной Природе Человека, соединенной с Богом -- отсутствовало деление на Свет и Тьму и другие пары противоположностей, воспринимаемые в юнговской психологии как дихотомии (рациональность- иррациональность, экстраверсия-интроверсия, разум-чувства, интуиция-ощущения).
"Нельзя Человеку жить по нормам язычества!" -- вот главный посыл вестника этого Высокого Детства -- еще не понятого, не открытого во всей своей глубине детского (только ли детского?) писателя Аркадия Гайдара. Хоть он часто и сам не понимал, что происходит -- ведь в духовно-мировоззренческом смысле в доставшуюся ему историческую эпоху было совершенно не на что опереться. Духовная литература и духовные учителя были изгнаны из страны Советов. И человеку приходилось проходить тяжкий путь познания и самопознания, уходов от Себя и возвращения к Себе -- исключительно на собственном опыте. Но зато этот опыт -- становился поистине непреходящей ценностью. Это -- живой опыт.
У А. П. Гайдара была своя Нить Ариадны, держась за которую он мог выбираться из любых ям, куда периодически заносили его периоды разбалансированности правого и левого полушарий (на самом деле полушария разбалансированы у всех -- кроме вернувшихся в Детство или никогда из него не уходивших). Этой Нитью было высокое, чистое горнее горение его огненного духа. В нем сгорали все наносные, искусственные барьеры и искажения, правильно разрешаясь в Творчестве. Благодаря этому горению, ценой нечеловеческого напряжение сил и воли -- Гайдар не только не утратил своих подлинно-человеческих идеалов, но и сумел создать для наших читателей образцы, годные на все времена, если только суметь вчитаться в гайдаровское слово. Даже разбиваясь вдребезги, души таких людей -- не умирают. Осколки их большой души становятся невидимыми мерцающими звездами, хранящие мирное небо над головой. Мы плохо осознаем, как много сделали для нас книги Гайдара. По мнению В. Крапивина, если бы предвоенные поколения молодых людей не выросли на книгах Гайдара, среди которых значилась и "Тимур его команда", а также на книгах других детских советских писателей предвоенной поры -- они, быть может, и не выиграли бы войну. Таких людей как Гайдар метят "черной меткой" враги и предатели -- реальные предатели и враги, такие как Сталин, Троцкий, Каменев, Зиновьев и многие другие, опиравшиеся на предателей более мелкого калибра. Это те самые "совсем сумасшедшие", которые, по меткому выражению Л. Толстого, правят миром, в то время как более разумные, честные, благородные люди -- не могут вписаться в эти сомнительные ценности и по большей части воздерживаются.
Но воздержаться -- не удастся.