И машинально принялся считать:
"Три, четыре, пять".
Он подумал:
"Какие большие промежутки между ударами! Как медленно бьют эти часы! -- Шесть, семь".
Потом мысленно воскликнул:
"Какой заунывный звон! -- Восемь, девять. -- Впрочем, все очень понятно. Пребывание в тюрьме нагоняет тоску даже на часы. -- Десять. -- Да, здесь и кладбище рядом. Этот колокол отмеряет живым время, а мертвым -- вечность. -- Одиннадцать. -- Увы! Тем, кто лишен свободы, он тоже отмеряет вечность. -- Двенадцать".
Он остановился.
"Да, полночь".
Колокол ударил тринадцатый раз.
Урсус вздрогнул.