Оба лорда как можно выше приподняли шляпы над головами, затем снова покрыли головы.
Гуинплен приветствовал их таким же образом.
Затем выступил вперед пристав черного жезла, потом Голубая Мантия, за ним кавалер ордена Подвязки.
Булавоносец подошел к Гуинплену и стал перед ним, лорды поместились по обе стороны от него: лорд Фицуолтер -- по правую руку, а лорд Эрандел-Трерайс -- по левую. Лорд Эрандел, старший из двух, был очень дряхл на вид. Он умер год спустя, завещав свое пэрство несовершеннолетнему внуку Джону, но все же его род прекратился в 1768 году.
Шествие вышло из "расписного зала" и направилось в галерею с колоннами; у каждой колонны стояли на часах попеременно английские бердышники или шотландские алебардщики.
Шотландские алебардщики, ходившие с обнаженными коленями, были великолепным войском, позднее, при Фонтенуа, сражавшимся с французской кавалерией и с теми королевскими кирасирами, к которым их полковник обращался перед сражением с такими словами: "Господа, наденьте плотнее ваши головные уборы, мы будем иметь честь пойти в атаку".
Командиры бердышников и алебардщиков отсалютовали Гуинплену и обоим лордам-восприемникам шпагой. Солдаты взяли на караул бердышами и алебардами.
В глубине галереи отливала металлическим блеском огромная дверь, столь роскошная, что створки ее казались двумя золотыми плитами.
По обе стороны двери стояли неподвижно два человека. По ливреям в них можно было узнать так называемых door-keepers -- привратников.
Немного не доходя до дверей, галерея расширялась, образуя застекленную ротонду.