-- Хозяин, -- снова заговорил доктор, не отрывая взгляда от тучи, -- ты много плавал в Ла-Манше?
-- Сегодня в первый раз, -- ответил тот.
Доктор, поглощенный созерцанием синей тучи, переполненный чувством тревоги, не взволновался от этого ответа, -- так губка, пропитавшаяся влагой, уже не способна вобрать в себя ни одной лишней капли. В ответ на слова судохозяина он только слегка пожал плечами:
-- Как же так?
-- Я, сеньор доктор, обыкновенно плаваю только до Ирландии. Я делаю рейс от Фуэнтарабии до Блек-Харбора или до острова Акиля; называют его "остров", а на деле он состоит из двух островов. Иногда я захожу в Брачипульт, на побережье Уэльса. Но я никогда не спускался до Силлийсиих островов и этого моря не знаю.
-- Плохо дело. Горе тому, кто с трудом разбирает азбуку океана! Ла-Манш -- книга, которую надо читать бегло, Ла-Манш -- сфинкс. Дно у него коварное.
-- Здесь глубина двадцать пять брассов.
-- Надо держать курс на запад, где глубина достигает пятидесяти пяти брассов, и не плыть на восток, где она всего лишь двадцать брассов.
-- Мы будем бросать лот.
-- Помни, Ла-Манш -- море особенное. Вода здесь поднимается до пятидесяти футов при высокой воде и до двадцати пяти при низкой. Здесь спад воды -- еще не отлив, а отлив -- это еще не спад воды... Ага! Ты, кажется, испугался.