Барабанщик вторично забил дробь. Глашатай продолжал: "...и во исполнение декрета национального Конвента, лишающего покровительства закона всех бунтовщиков, захваченных с оружием в руках, а также подвергающего уголовному наказанию всякого, кто даст у себя убежище или будет способствовать бегству..."
-- Что такое значит "уголовному наказанию"? -- шепотом спросил один из крестьян у своего соседа.
-- Не знаю, -- ответил сосед.
"...принимая в соображение, -- продолжал глашатай, махая в воздухе афишей, -- 17-ю статью закона от 30 апреля, предоставляющую неограниченные полномочия комиссарам в возмутившихся провинциях, -- объявляются стоящими вне закона..."
Здесь он помолчал немного и затем продолжал:
"...лица, обозначенные нижеследующими именами и фамилиями..."
Толпа замерла. Глашатай еще более повысил голос и продолжал:
"...Лантенак, разбойник!"
-- Это он о нашем барине, -- пробормотал один из крестьян. И по всей толпе пронеслось:
-- Это наш барин.