Орденеръ перебилъ его:
-- Довольно. Твой добрый совѣтъ мнѣ не подходитъ. Мнѣ некчему знать спитъ ли врагъ. Въ борьбѣ я полагаюсь лишь на мою саблю.
- Эхъ, сударь! Развѣ не хитростью архангелъ Михаилъ побѣдилъ дьявола...
Спіагудри вдругъ остановился, протянулъ впередъ руки и простоналъ слабымъ голосомъ:
-- Святые угодники! Что это я вижу тамъ? Посмотрите, милостивый господинъ, развѣ не малорослый идетъ по одной тропинкѣ впереди насъ?..
-- Клянусь честью, -- сказалъ Орденеръ, поднимая глаза: -- я не вижу никого.
-- Никого, сударь? Дѣйствительно, тропинка заворачиваетъ и онъ исчезъ за скалой... Заклинаю васъ, сударь, не ходите далѣе ни шагу.
-- Полно! Если этотъ субъектъ такъ поспѣшно исчезъ, это вовсе не доказываетъ, что онъ намѣренъ ждать насъ; если-же онъ убѣжалъ, развѣ будетъ разумно съ нашей стороны слѣдовать его примѣру.
-- Да защититъ насъ святой Госпицій! -- прошепталъ Спіагудри, который въ критическую минуту всегда призывалъ своего патрона.
-- Ты принялъ за человѣка движущуюся тѣнь спугнутой совы, -- замѣтилъ Орденеръ.