-- Вашъ отецъ никогда не говоритъ вамъ о королѣ?
-- О королѣ?.. Я не знаю его, но молюсь за него каждое утро и вечеръ.
Этель не поняла, отчего при этомъ отвѣтѣ незнакомка закусила себѣ губы.
-- Вашъ несчастный отецъ никогда не называлъ вамъ въ минуту раздраженія своихъ заклятыхъ враговъ, генерала Аренсдорфа, епископа Сполисона, канцлера Алефельда?..
-- Я никогда не слыхала такихъ именъ.
-- А извѣстно ли вамъ имя Левина Кнуда?
Воспоминаніе о сценѣ, происходившей два дня тому назадъ между Дронтгеймскимъ губернаторомъ и Шумахеромъ, было еще слишкомъ живо въ умѣ Этели, чтобы она забыла имя Левина Кнуда.
-- Левинъ Кнудъ? -- повторила она. -- Мнѣ кажется, батюшка больше всѣхъ любитъ и уважаетъ этого человѣка.
-- Какъ!
-- Да, -- продолжала молодая дѣвушка, -- этого Левина Кнуда съ жаромъ защищалъ третьяго дня батюшка противъ навѣтовъ Дронтгеймскаго губернатора.