-- Дай руку, храбрый товарищъ! -- вскричалъ Кенниболъ, обращаясь къ Норбиту, -- Опасность грозитъ намъ и спереди и съ тылу. Лучше прямо броситься въ пропасть, чѣмъ упасть въ нее навзничь.
-- Такъ идемъ же! -- вскричалъ старый Джонасъ, стукнувъ эфесомъ своей сабли.
Норбитъ съ живостью пожалъ имъ руки.
-- Послушайте, братья! Будьте отважны какъ я, я же поучусь у васъ благоразумію. Пойдемте прямо на Сконгенъ; гарнизонъ его слабый, мы живо справимся съ нимъ. Теперь же, дѣлать нечего, пройдемъ ущелья Чернаго Столба, но только въ величайшей тишинѣ. Ихъ необходимо пройти, даже если непріятель засѣлъ тамъ въ засаду.
-- Я думаю, что стрѣлки не дошли еще до Ордельскаго места передъ Сконгеномъ... Но все равно: теперь ни гу-гу!
-- Тише! -- повторилъ Кенниболъ.
-- Теперь, Джонасъ, -- шепнулъ Норбитъ, -- вернемся къ нашимъ отрядамъ. Завтра, Богъ дастъ, мы будемъ въ Дронтгеймѣ, не смотря на всѣхъ стрѣлковъ, улановъ, драгуновъ и зеленые мундиры южанъ.
Начальники разошлись. Вскорѣ приказаніе: тише! пронеслось по рядамъ и вся банда мятежниковъ, за минуту предъ тѣмъ столь шустрая, теперь въ пустотѣ, утопавшей въ темнотѣ ночнаго сумрака, превратилась въ толпу нѣмыхъ призраковъ, которые безшумно блуждаютъ по извилистымъ тропинкамъ кладбища.
Между тѣмъ, дорога постепенно становилась все уже, какъ бы углубляясь въ скалистой оградѣ, которая все круче и круче уходила къ небесамъ. Въ ту минуту, когда красноватая луна выплыла изъ за тучъ, клубившихся вокругъ нея съ фантастической подвижностью, Кенниболъ шепнулъ Гульдону Стайнеру.
-- Надо идти какъ можно тише, теперь мы вступаемъ въ ущелья Чернаго Столба.