Уложивъ трупъ въ мертвецкой, онъ отвязалъ отъ него ящикъ и поспѣшно пошелъ въ епископскій дворецъ, бормоча дорогою молитвы и заклинанія противъ своей страшной ноши.
XLVII
Ганъ Исландецъ и Шумахеръ встрѣтились въ одной темницѣ Шлезвигскаго замка. Бывшій канцлеръ, оправданный судомъ, медленными шагами расхаживалъ по комнатѣ, проливая горькія слезы; осужденный разбойникъ, окруженный стражей, хохоталъ въ цѣпяхъ.
Оба узника долго смотрѣли другъ на друга въ молчаніи: можно было сказать, что они узнали другъ въ другѣ враговъ человѣчества.
-- Кто ты? -- спросилъ наконецъ бывшій канцлеръ разбойника.
-- Ты убѣжишь, услышавъ мое имя, -- отвѣтилъ тотъ. -- Я Ганъ Исландецъ.
Шумахеръ приблизился къ нему.
-- Вотъ тебѣ моя рука, -- сказалъ онъ.
-- Ты хочешь, чтобы я ее съѣлъ?
-- Ганъ Исландецъ, -- возразилъ Шумахеръ: -- я люблю тебя за твою ненависть къ людямъ.