Орденеръ съ удивленіемъ указалъ на губернатора, который улыбался и плакалъ.
-- Вотъ онъ.
Трогательна была встрѣча двухъ старыхъ товарищей юности и могущества. Шумахеръ умиленъ былъ до глубины души. Узнавъ Гана Исландца, онъ пересталъ ненавидѣть людей, узнавъ Орденера и Левина, онъ научился любить ихъ.
Вскорѣ печальный бракъ темницы отпразднованъ былъ блистательнымъ свадебнымъ пиромъ. Жизнь улыбнулась наконецъ юнымъ супругамъ, которые съ улыбкой шли на встрѣчу смерти. Графъ Алефельдъ видѣлъ ихъ счастіе и оно служило ему самымъ чувствительнымъ наказаніемъ.
Афанасій Мюндеръ имѣлъ тоже свои радости. Онъ добился помилованія четырнадцати осужденныхъ, къ числу которыхъ Орденеръ присоединилъ товарищей своихъ по несчастію: Кеннибола, Джонаса и Норбита. Они вернулись къ рудокопамъ съ радостной вѣстью, что король освободилъ ихъ наконецъ отъ опеки.
Недолго бракъ Этели съ Орденеромъ радовалъ Шумахера; свобода и счастіе слишкомъ сильно подѣйствовали на его душу, и она отошла къ другому счастію, къ другой свободѣ. Онъ умеръ въ томъ же 1699 году и горе, поразившее его дѣтей, доказало имъ, что на землѣ нѣтъ полнаго счастія. Онъ похороненъ въ Веерской церкви, въ Ютландскомъ помѣстьѣ своего зятя, и могила сохранила ему всѣ титулы, которыхъ лишило заключеніе. Бракъ Этели и Орденера положилъ начало роду графовъ Даннескіольдовъ.
КОНЕЦЪ.