-- День уже занялся; такъ вотъ, когда наступитъ ночь и Спладгестъ будетъ запертъ, вашъ бѣдный служитель приметъ на себя обязанности проводника, ради которыхъ мертвецы лишены будутъ его попеченій. Въ теченіи дня мы постараемся скрыть отъ народа изуродованную голову рудокопа.
-- А гдѣ я найду тебя вечеромъ?
-- На главной площади Дронтгейма, если вамъ угодно, у статуи Правосудія, бывшей нѣкогда Фрейей. Она, безъ сомнѣнія, укроетъ меня въ своей тѣни, въ благодарность за великолѣпнаго дьявола, котораго я вылѣпилъ у ея подножія.
Спіагудри, быть можетъ, повторилъ бы Орденеру слово въ слово всѣ доводы своей просьбы къ губернатору, если бы тотъ не поспѣшилъ его перебить.
-- И такъ, старикъ, договоръ заключенъ.
-- Заключенъ, -- повторилъ смотритель Спладгеста.
Когда онъ произносилъ это слово, звукъ, похожій на рычанье, послышался надъ ними. Спіагудри затрясся всѣмъ тѣломъ.
-- Что это такое? -- прошепталъ онъ.
-- Нѣтъ ли тутъ какого-нибудь другаго живаго существа кромѣ насъ? -- спросилъ Орденеръ, удивленный не менѣе его.
-- Вы напомнили мнѣ о моемъ помощникѣ Оглипиглапѣ, -- возразилъ Спіагудри, успокоенный этой мыслью: -- безъ сомнѣнія, это онъ спитъ такъ громко. По мнѣнію епископа Арнгрима, спящій лапландецъ шумитъ не менѣе старой бабы.