-- Я самъ, матушка.
-- И вы не видѣли барона Орденера?
-- И не думалъ! -- отвѣтилъ поручикъ.
-- Но подумайте, сынъ мой, что онъ могъ прибыть инкогнито, что вы никогда его не видали, такъ какъ воспитывались въ Копенгагенѣ, а онъ въ Дронтгеймѣ; вспомните, что говорятъ о его капризахъ, причудахъ. Убѣждены ли вы, сынъ мой, что не видѣли никого?
Фредерикъ колебался нѣсколько мгновеній.
-- Нѣтъ, -- вскричалъ онъ: -- никого! Мнѣ нечего болѣе прибавить.
-- Но въ такомъ случаѣ, -- возразила графиня: -- баронъ, безъ сомнѣнія, не былъ въ Мункгольмѣ?
Мусдемонъ, сперва изумленный не менѣе Фредерика, не проронилъ ни одного слова изъ разговора.
-- Позвольте, благородная графиня, перебилъ онъ мать молодаго Алефельда: -- господинъ Фредерикъ, скажите, пожалуйста, какъ зовутъ вассала, любовника дочери Шумахера?
Онъ повторилъ свой вопросъ, такъ какъ Фредерикъ, погруженный въ задумчивость, не слушалъ его.