Самъ Ней, прежде храбрый и сильный, покинулъ гвардейцевъ своихъ;
Не армію онъ защищаетъ,-- добычей герой дорожитъ:
У трехъ Козаковъ отбиваетъ часы и отъ войска бѣжитъ.
Стемнѣетъ: аттака, набѣги, свистъ ядеръ и крики "ура!"
И бьются безсильныя тѣни во мглѣ снѣговой до утра.
Какъ коршуны, съ гикомъ и свистомъ, какъ стая голодныхъ звѣрей,
Во мракѣ на нихъ налетаютъ отряды степныхъ дикарей.
На утро -- разсѣяно войско, разбито свирѣпымъ врагомъ.
И все это зналъ императоръ, все понялъ холоднымъ умомъ.
Какъ дубъ, на который палъ выборъ, когда ужь отточенъ топоръ,