Третій сказалъ: "Они не хотѣли свободы для насъ, теперь и для себя не желаютъ".
Этимъ все было сказано; омнибусу дали свободно проѣхать. Мы нуту спустя, подоспѣлъ аррьергардъ конвоя и пронесся крупною рысью, и толпа, собравшаяся около Обри, Малардье и Курне, разошлась.
Кафе Руазенъ только-что открылся. Читатель помнитъ, что зала этого кафе послужила для засѣданій одного клуба, знаменитаго въ 1848 году. Онъ помнитъ также, что свиданіе было назначено именно въ этомъ кафе.
Въ кафе Руазепъ входятъ черезъ корридоръ, открывающійся на улицу, затѣмъ надо пройти сѣни, въ нѣсколько метровъ длиной, и вы вступаете въ залу, довольно большую, съ высокими окнами и зеркалами вдоль стѣнъ; въ срединѣ, нѣсколько бильярдовъ; столики съ мраморными досками, стулья и скамейки обиты бархатомъ. Вотъ эта-то зала, впрочемъ, неудобная для совѣщательнаго засѣданія, была залой руазенова клуба. Курне, Обри и Малардье въ лей усѣлись. Они не скрывали, кто они такіе; ихъ приняли хорошо и на всякій случай показали выходъ черезъ садъ.
Де-Флоттъ только-что присоединился къ нимъ. Было восемь часовъ, когда начали собираться депутаты. Брюкнеръ, Мень и Брилье сначала, потомъ одинъ за другимъ Шарамоль, Кассаль, Дюлакъ, Бурза, Мадье де-Монжо и Боденъ. По случаю грязи, Бурза, согласно своему обыкновенію, былъ въ деревянныхъ башмакахъ. Кто принялъ бы Бурза за крестьянина, тотъ впалъ бы ошибку: это бенедиктинскій монахъ. Бурза, этотъ южный умъ" живой, тонкій, носилъ въ головѣ "Энциклопедію", а на ногахъ, деревянные башмаки. Онъ былъ, въ одно и тоже время, представителемъ духа и народа. Бывшій членъ учредительнаго собранія Бастидъ пришелъ вмѣстѣ съ Мадье-де-Монжо. Боденъ горячо жалъ руку всѣмъ, но не говорилъ. Онъ былъ задумчивъ. "Что съ вами, Боденъ? спросилъ его Обри.-- Вы грустны?" -- "Я? отвѣчалъ Боденъ, подымая голову: -- я никогда не былъ такъ доволенъ!"
Или онъ уже чувствовалъ себя избранникомъ? Когда стоишь такъ близко къ смерти, сіяющей лучами славы, -- быть можетъ, ужь видишь ее.
Нѣсколько человѣкъ, непринадлежащихъ къ національному собранію, не менѣе полныхъ рѣшимости, какъ и сами депутаты, сопровождали и окружали ихъ.
Во главѣ ихъ былъ Курне. Между ними были рабочіе, но блузъ не было. Чтобы не запугать буржуазіи, нарочно посовѣтовали рабочимъ, особенно отъ Дерона и Кайля, придти въ сюртукахъ..
Боденъ захватилъ съ собой копію съ прокламаціи, которую я ему продиктовалъ наканунѣ, Курне развернулъ и прочелъ ее. "Распорядимтесь сейчасъ же прибить ее къ стѣнамъ въ предмѣстьѣ", сказалъ онъ.-- "Пусть народъ узнаетъ, что Луи Бонапартъ -- внѣ закона". Тутъ былъ рабочій литографъ -- онъ вызвался немедленно напечатать ее. Всѣ присутствовавшіе представители подписали прокламацію и прибавили мою фамилію къ своимъ подписямъ. Обри въ заголовкѣ поставилъ: "Національное собраніе". Рабочій унесъ прокламацію и сдержалъ слово. Нѣсколько часовъ спустя, Обри, а позже одинъ пріятель Курне, нѣкто Гё., видѣлъ въ предмѣстьи Тампль этого рабочаго, какъ онъ, съ горшечкомъ клея въ рукѣ, прилаживалъ прокламацію къ стѣнамъ и на всѣхъ перекресткахъ. Онъ приклеивалъ ее какъ разъ рядомъ съ афишей Мопа, грозившей смертною казнью всякому, кого найдутъ приклеивающимъ къ стѣнѣ воззваніе къ оружію. Сбиравшіяся кучки людей читали обѣ афиши заразъ. Вотъ подробность, достойная замѣчанія: армейскій сержантъ въ мундирѣ, и съ ружьемъ на плечѣ, сопровождалъ рабочаго, служа ему охраной. Безъ сомнѣнія, это былъ солдатъ, возвращавшійся съ поста.
Время, назначенное наканунѣ для сходки, было между девятью и десятью часами утра. Выбрали этотъ часъ для того, чтобъ успѣть дать знать всѣмъ членамъ лѣвой стороны. Надлежало выждать, пока соберутся представители, такъ чтобы група имѣла видъ общаго собранія и чтобы ея заявленія получили большую внушительность для предмѣстья.