-- Но, возразилъ я ему:-- то, что вы мнѣ предлагаете, есть государственный переворотъ?
-- Вы думаете?
-- Безъ сомнѣнія. Мы -- меньшинство, а поступить такимъ образомъ значило бы присвоить себѣ права большинства. Составляя только часть собранія, мы не можемъ дѣйствовать отъ имени всего собранія. Мы, осуждающіе всякую узурпацію, сами бы сдѣлались узурпаторами. Мы наложили бы руку на должностное лицо, арестовать которое имѣетъ право только собраніе. Мы, защитники конституціи, мы разбили бы конституцію. Мы, люди закона, нарушили бы законъ. Это, конечно -- насильственный переворотъ.
-- Да, но переворотъ для общаго блага.
-- Зло сдѣланное, во имя блага, тѣмъ не менѣе, остается зломъ.
-- Даже когда оно удаётся?
-- Въ особенности, когда оно удается.
-- Почему?
-- Потому что оно можетъ тогда служить примѣромъ.
-- Такъ вы не одобряете 18-го фрюктидора?