-- Но въ такомъ случаѣ, зачѣмъ же соглашаться на изгнаніе, когда можно его избѣжать? Что же вы ставите выше отечества?
-- Совѣсть.
Мой отвѣтъ заставилъ его задуматься. Однакожъ онъ возразилъ:
-- Но я увѣренъ, что, когда вы поразмыслите -- ваша совѣсть одобритъ васъ...
-- Нѣтъ.
-- Почему?
-- Я сказавъ вамъ. Моя совѣсть ужь такова, что она ничего не признаётъ выше себя.
-- И я также, вскричалъ онъ, съ выраженіемъ полнѣйшей искренности въ голосѣ:-- и я также повинуюсь своей совѣсти.-- Можетъ казаться, что я измѣняю Луи, но нѣтъ!-- я служу ему, Спасти его отъ преступленія, значитъ -- спасти его. Я испробовалъ всѣ средства. Остается только одно -- арестовать его. придя къ вамъ, и дѣлая то, что я дѣлаю, я въ одно и тоже время возстаю противъ его власти и защищаю его честь. Я поступаю хорошо.
-- Это правда, сказалъ я.-- Вами руководитъ благородная и высокая мысль.
И я прибавилъ: