Въ февралѣ 1848 г., депутаты попадали въ обморокъ. Г. Созе убѣжалъ съ трибуны, даже позабывъ свою шляпу.
Бонапартъ, настоящій, первый, заставилъ своихъ Пять-Сотъ повыскакать въ оранжерейныя окна, въ С. Клу, что было для этихъ господъ нѣсколько затруднительно, благодаря ихъ длиннымъ плащамъ.
Кромвеллъ, этотъ старѣйшій изъ Бонапартовъ, сдѣлавъ свое 18-е Брюмера, не встрѣтилъ другаго сопротивленія, кромѣ нѣсколькихъ проклятій Мильтона и Лудлоу, и имѣлъ право произнести свою грубо-гигантскую фразу: я положилъ короля въ свой мѣшокъ и парламентъ въ свой карманъ.
Нужно восходить до римскаго сената, чтобъ найдти настоящія курульныя кресла.
Законодательное собраніе, повторимъ, къ его чести, держало себя хорошо на краю пропасти -- это будетъ ему зачтено исторіей. Послѣ столькихъ предательствъ, можно было опасаться, что это собраніе предастъ и себя. Законодательное собраніе -- по неволѣ приходится напомнить это -- дѣлало ошибку за ошибкой; роялистское большинство недостойно преслѣдовало республиканское меньшинство, твердо исполнявшее свою обязанность и обличавшее его передъ народомъ. Это собраніе долго находилось въ сообщничествѣ и сожительствѣ съ преступнымъ человѣкомъ, задушившимъ его наконецъ, какъ воръ душитъ свою наложницу въ ея постелѣ. Но какъ бы то ни было, паденіе этого роковаго собранія не сопровождалось позоромъ, какъ на это разсчитывалъ Бонапартъ. Оно не выказало трусости.
Причина этого заключалась въ томъ, что оно обязано было своимъ происхожденіемъ всеобщей подачѣ голосовъ. Въ послѣдній часъ свой, оно почувствовало, что эта всеобщая подача голосовъ, породившая его и которую оно хотѣло убить, сообщаетъ ему силу.
Законодательное собраніе -- какая бы отвѣтственность ни падала на него -- быть можетъ избѣгнетъ, въ будущемъ, строгаго осужденія, котораго оно заслуживало бы.
Благодаря всеобщей подачѣ голосовъ, которой оно измѣнило и которая дала ему въ послѣднюю минуту и вѣру, и силу; благодаря лѣвой, которую оно тѣснило, преслѣдовало, оскорбляло, оклеветало и которая озарила его блескомъ своего героизма, это немощное собраніе умерло великой смертью.