На другой книгѣ, подъ заглавіемъ "Философія медицинской науки", онъ сдѣлалъ замѣтку: "развѣ я не такой же медикъ, какъ они? Я тоже имѣю своихъ больныхъ; сначала я имѣю ихнихъ, которыхъ они зовутъ больными; и потомъ, своихъ собственныхъ, которыхъ я зову несчастными". Еще на одной книгѣ онъ написалъ: "Не спрашивайте имени того, кто проситъ у васъ ночлега. Особенно того, кто смущается своимъ именемъ; кто имѣетъ нужду въ кровѣ".
Но вотъ случай, изъ котораго виднѣе всего, что за человѣкъ былъ епископъ.
Послѣ уничтоженія шайки Гаспара Беса, его смѣнилъ лейтенантъ Краватъ. Разбои его страшно безпокоили жителей. Въ Омбрунѣ, забравшись ночью въ соборъ, онъ ограбилъ ризницу. Напрасно жандармы преслѣдовали разбойника, -- Краватъ ускользалъ постоянно, а иногда противился даже открытой силой. Въ это время общаго страха ѣхалъ епископъ къ мѣсту своего назначенія. Краватъ занималъ горы до Арша и далѣе, и проѣздъ былъ опасенъ даже съ конвоемъ. Это значило бы подвергать безполезной опасности трехъ или четырехъ несчастныхъ жандармовъ. Мэръ старался всѣми силами убѣдить епископа измѣнить путь: Епископъ никакъ не соглашался.
-- И вы думаете ѣхать, монсеньоръ? воскликнулъ мэръ.
-- Думаю, и въ такой степени, что отказываюсь рѣшительно отъ жандармовъ и отправляюсь черезъ часъ.
-- Отравляетесь?
-- Отправляюсь.
-- Одинъ?
-- Одинъ.
-- Монсеньоръ! вы этого не сдѣлаете.