Ему отвечали:
-- Потому что никто не захочет уйти.
-- Граждане! -- закричал Анжолрас, и голос его звучал почти раздраженно. -- Республика не так богата людьми, чтобы приносить бесполезные жертвы. Мелочное тщеславие равняется мотовству. Если для некоторых из нас долг состоит в том, чтобы удалиться, долг этот должен быть выполнен ими, как и всякий другой.
Анжолрас, человек принципа, имел над своими единомышленниками ту власть, источник которой -- безграничная сила. Однако, несмотря на его всемогущество, раздался ропот.
Как истинный начальник, Анжолрас, услышав ропот, проявил настойчивость. Он произнес тоном, не терпящим возражения:
-- Пусть те, которые боятся остаться в числе только тридцати, заявят об этом.
Ропот усилился.
-- Легко сказать: уходи, -- заметил голос в одной из групп. -- Баррикада окружена.
-- Но не со стороны рынка, -- сказал Анжолрас. -- Улица Мондетур свободна, и по улице Проповедников можно добраться до рынка Инносен.
-- А там быть арестованным, -- отвечал другой голос из группы. -- Как раз наткнешься на какой-нибудь линейный полк или же на пригородных гвардейцев. Они увидят, что идет человек в блузе и в фуражке. "Откуда ты, не с баррикады ли?" И поглядят на руки. "От тебя пахнет порохом. Расстрелять!"