-- Знаешь ли, Далия, у меня хандра. Целое лето шел дождь, ветер раздражает меня, ветер не разгоняет тоски. Блашвелль жаден. На рынке ничего нет: горошка, и того не найдешь, просто не знаешь, что есть; у меня сплин, как говорят англичане; масло страшно вздорожало! Посмотри, какая гадость, мы обедаем в комнате, где стоит постель; это отравляет мне существование!
VII. Мудрость Толомьеса
Между тем одновременно одни пели, другие говорили -- все голоса сливались в нестройный шум. Толомьес вмешался.
-- Не будем говорить вздор, -- воскликнул он. -- Кто хочет блистать, должен взвешивать свои слова. Избыток импровизации отуманивает голову. Откупоренное пиво не пенится. Не спешите, господа. Соединим степенность с наслаждением. Будем есть с толком, говорить с расстановкой. Не спешите. Посмотрите на весну: когда она поспешит, непременно даст осечку. Избыток усердия губит цветы и плоды. Избыток усердия портит удовольствие хорошего обеда. Не стоит усердствовать, господа! Гримо де ла Реньер* разделял мнение Талейрана. В обществе вспыхнул мятеж.
-- Оставь нас в покое, Толомьес, -- сказал Блашвелль.
-- Долой тирана! -- крикнул Фамейль.
-- Пей, ешь и веселись! -- возгласил Листолье.
-- Толомьес, -- отозвался Блашвелль, -- полюбуйся моей невозмутимостью.
-- Ты сам маркиз Монкальм (mon calme -- мое спокойствие).
Маркиз Монкальм был известным роялистом того времени. Каламбур произвел действие камня, брошенного в пруд; лягушки присмирели разом.