-- Почему же нет?
На лице Жана Вальжана появилась одна из тех улыбок, которые озаряли его, как луч солнца на зимнем небе.
-- Помнишь, Фошлеван, ты сказал: "Мать Крусификсион скончалась", а затем добавил: "А господин Мадлен похоронен". Так и будет на самом деле.
-- Ну да вы смеетесь, а не серьезно говорите?
-- Очень серьезно. Ведь надо выйти отсюда?
-- Конечно, надо.
-- Я же говорил тебе, что для меня тоже надо отыскать плетеную корзину и парусину.
-- Ну так что же из этого?
-- Плетенка будет сосновая, а вместо парусины черное сукно.
-- Во-первых, покров будет белый, монахинь хоронят в белом.