И с видом горделивого превосходства, сквозь которое просвечивала покровительственная нежность, добавил:
-- Марш за мной, мелюзга!
-- Хорошо, сударь, -- покорно сказал старший из мальчиков.
И малютки последовали за Гаврошем с таким же доверием, с каким пошли бы за архиепископом, если бы он позвал их. Они даже перестали плакать.
Гаврош повел их по улице Сент-Антуан по направлению к Бастилии. По пути он бросил негодующий взгляд назад на лавку цирюльника и пробормотал:
-- Экая бессердечная треска! Должно быть, это англичанин.
Какая-то девушка громко расхохоталась при виде следовавших гуськом друг за другом мальчиков. Это было прямым оскорблением маленьких граждан.
-- Здравствуйте, мамзель Омнибус! -- насмешливо крикнул ей Гаврош.
Минуту спустя ему опять вспомнился парикмахер, и он пробурчал:
-- Нет, я ошибся в этом животном: это не треска, а змея... Смотри, цирюльник, я приведу к тебе слесаря и заставлю его приделать тебе к хвосту погремушку!