-- Не знаю. На всякий случай я принес с собой шарик, который мы дадим проглотить кебу.
-- А мастика для стекла?
-- Есть и мастика.
-- Решетка старая, -- заметил пятый, обладавший голосом чревовещателя.
-- Тем лучше, -- продолжал второй. -- Старая решетка не завизжит под пилой, и ее легче будет перехватить пополам.
Шестой, еще не раскрывавший рта, молча принялся ощупывать решетку точно так же, как перед тем делала Эпонина, перебирая руками каждый прут и осторожно его подергивая. Таким образом он добрался до того прута, который был расшатан Мариусом. Но только что он хотел ухватиться за него, как вдруг из темноты чья-то рука сначала сильно ударила его по руке, потом толкнула в грудь, причем хриплый голос беззвучно прошептал:
-- Здесь есть кеб.
В то же время он увидел перед собой бледный облик девушки.
Он вздрогнул от неожиданности, как это всегда бывает с людьми в подобный момент, и страшно смутился. Нет ничего ужаснее зрелища встревоженного зверя. Его испуганный вид становится страшен.
Человек, о котором мы говорим, отшатнулся как от привидения и, заикаясь, пробормотал: