-- Продолжайте! Черт возьми, да продолжайте же! -- Он не удостоил даже взглядом двух нарушителей тишины.
В эту минуту кто-то дернул его за платье. Он с досадой обернулся и едва мог заставить себя улыбнуться. А не улыбнуться было нельзя: это Жискета ла Жансьен, просунув свою хорошенькую ручку через решетку, старалась таким способом привлечь к себе его внимание.
-- Сударь, -- спросила девушка, -- актеры будут продолжать?
-- Конечно, -- ответил несколько задетый этим вопросом Гренгуар.
-- В таком случае, мессир, не будете ли вы любезны объяснить мне...
-- Что они будут говорить? -- прервал ее Гренгуар. -- Извольте. Они...
-- Нет, -- сказала Жискета, -- объясните мне, пожалуйста, что они говорили раньше!
Гренгуар вздрогнул, как вздрагивает человек, когда неосторожно дотронутся до его открытой раны.
-- Черт бы побрал эту глупую девчонку! -- сквозь зубы пробормотал он.
И с этой минуты Жискета погибла в его мнении. Между тем актеры повиновались ему и снова начали играть. Зрители, видя, что они заговорили, стали слушать. Но они все-таки были лишены возможности насладиться несколькими прекрасными местами пролога из-за злополучного перерыва, так неожиданно разделившего его на две части. Так, по крайней мере, с горечью подумал про себя Гренгуар. Все же тишина мало-помалу восстановилась; студент молчал, нищий считал монеты в своей шапке, а пьеса шла своим чередом.