-- "...За вставку в отеле Турнель шести панно из белого стекла в том месте, где находится железная клетка, -- тринадцать су... За изготовление и доставку, по приказу короля, в день праздника шутов четырех щитов с королевскими гербами, увитых розами, -- шесть ливров... За новые рукава к старому камзолу короля -- двадцать солей... За ящик сала, чтобы смазывать сапоги короля, -- пятнадцать денье. За новый хлев для помещения королевских черных поросят -- тридцать парижских ливров. Несколько перегородок, досок и подъемных дверей для помещения львов близ церкви Святого Павла -- двадцать два ливра".

-- Дорогонько-таки обходятся эти звери, -- сказал Людовик XI. -- Ну, что делать! Это уж чисто царственная затея! Там есть один большой рыжий лев, которого я люблю за его ужимки... Метр Гильом, видели вы его?.. Правителям необходимо иметь таких диковинных животных. Нам, королям, собаками должны служить львы, кошками -- тигры. Величие приличествует короне. Во времена языческие, когда народ приносил в жертву Юпитеру сто быков и сто овец, императоры давали сто львов и сто орлов. Это было грозно и величественно. Короли французские всегда слышали рычание этих животных вокруг своего трона. Однако отдадут справедливость, что я трачу на этих зверей гораздо меньше, чем мои предшественники, и что число львов, медведей, слонов и леопардов в моем зверинце значительно скромнее... Продолжайте, метр Оливье; мы только желали сообщить это нашим друзьям фламандцам.

Гильом Рим низко поклонился, между тем как Коппеноль с своей нахмуренной физиономией походил на одного из тех медведей, о которых говорил его величество. Король этого не заметил. Он омочил губы в кубке и выплюнул напиток, говоря:

-- Фу! Мерзкий отвар! Читавший продолжал:

-- "За прокорм бездельника-бродяги, содержащегося шесть месяцев на бойне в ожидании решения своей участи, -- шесть ливров четыре соля..."

-- Это еще что? -- прервал король. -- Кормить того, кого следует повесить? Клянусь Пасхой, я не дам больше ни одного су на его прокорм. Оливье, переговори с господином д'Эстувилем и сегодня же вечером приготовь этого молодца к свадьбе с виселицей... Продолжай,

Оливье сделал знак ногтем против статьи о "бездельнике-бродяге" и продолжал:

-- "Андриэ Кузену, главному палачу при парижском уголовном суде, шестьдесят парижских солей по определению и приказанию господина парижского префекта на покупку, по распоряжению того же вышепоименованного господина префекта, большого меча для обезглавления и казни лиц, осужденных судом за их проступки, а также за снабжение вышеупомянутого меча ножнами и всем необходимым; равно как за обновление и исправление старого меча, треснувшего и зазубрившегося при казни сеньора Людовика Люксембургского, в удостоверение чего..."

Король прервал его:

-- Довольно. С удовольствием назначаю эту сумму. Против таких расходов я не возражаю. На это я никогда не жалел денег. Продолжай.