Но, к сожалению, он родился слишком поздно, когда люди уже перестали жить по триста лет. А между тем в наши дни его отсутствие особенно ощутимо и заметно.
Настроение человека, не имеющего пристанища на ночь, как нельзя лучше подходит для того, чтобы следовать за прохожими и прежде всего, конечно, за женщинами, что Гренгуар проделывал охотно.
Итак, он шел, задумавшись, за молодой девушкой, которая ускорила шаг и заставляла бежать свою козочку, видя, что все расходятся по домам и таверны запираются. Все остальные лавки были закрыты в этот день.
"Ведь живет же она где-нибудь, -- думал Гренгуар. -- У цыган доброе сердце. Кто знает?.."
Многоточие, которое он мысленно ставил после этого вопроса, таило за собой что-то недосказанное и, по-видимому, очень приятное.
Время от времени, когда он проходил мимо групп горожан, возвращавшихся домой и запиравших за собою двери, обрывки их разговоров, долетавшие до него, прерывали цепь его мечтаний.
Вот встретились на улице два старика.
-- А какой холод-то сегодня, метр Тибо Ферникль! -- произнес один.
Гренгуар знал это с самого начала зимы.
-- Ваша правда, метр Бонифаций Дизом, -- отвечал другой. -- Неужели у нас будет опять такая же зима, как три года тому назад, в 1480 году, когда охапка дров стоила восемь солей?