Благодаря страху, отдалявшему всех наблюдателей и свидетелей, в дом этот всегда было легко забраться ночью, при помощи веревочной лестницы или просто первого встречного шеста. Запас одежды и съестных припасов, принесенный с собой, давал возможность выжидать там преспокойно случая улизнуть куда-нибудь подальше. Предание гласит, что лет сорок тому назад в страшном Пленмонтском доме жил некоторое время какой-то беглец из мира политического или из мира финансового и уехал оттуда на рыбачьей лодке в Англию. Из Англии немудрено добраться и до Америки.
То же самое предание гласит, что съестные припасы, оставленные раз в этой трущобе, оставались в ней неприкосновенными. О сохранности приношений заботился сам Люцифер, не менее контрабандистов заинтересованный в возвращении принесшего.
С вершины, на которой стоит дом, виднеется на юго-востоке, в миле от берега, утес Хануа.
Утес этот знаменит. Он делал на веку своем все мерзости, на какие только способна скала. Это был один из самых страшных морских разбойников. Он коварно подстерегал корабли по ночам. Он расширил Тортевальское и Роканское кладбище.
В 1862 г. на нем устроили маяк.
Теперь утес Хануа светит кораблям, бывшим жертвам своим. У бывшей западни очутился в руках факел. Моряки ищут на горизонте как покровителя и руководителя скалу, от которой бегали, как от напасти. Хануа превратился из пугала в сторожа, из разбойника в жандарма.
Хануа всех три: Большой Хануа, Малый Хануа и Чайка. "Красный огонек" светит теперь на Малом Хануа.
Этот утес составляет частицу группы рифов, отчасти подводных, отчасти выставляющихся из моря. Он царит над ними.
Пролив между Хануа и Пленмонтом переплыть трудно, но не невозможно. Припомним, что это было одною из ловких проделок сьера Клубена. Пловец, знающий хорошо дно, отдыхает по дороге на двух станциях, на Круглой Скале и, немного дальше, влево, на Красной Скале.