Клубен носил всегда под сорочкой кожаный дорожный мешок, куда прятал на всякий случай десятка два гиней, и снимал его только ночью. На изнанке этого пояса видно было его имя "сьер Клубен", написанное им самим на сырой коже жирными литографскими чернилами, которые не сходят.
Вставая перед своим отплытием, Клубен положил в этот пояс железный ящичек, где лежало семьдесят пять тысяч франков банковыми билетами; затем он, по обыкновению, опоясался им по телу и застегнул его пряжкой.
III
Отплытие прошло весело. Путешественники, разместив свои чемоданы и дорожные мешки на скамьях и под скамьями, сделали обзор парохода. Двое из пассажиров, турист и парижанин, никогда не видали парохода и с первых же поворотов колеса стали любоваться пеной. Затем они стали любоваться дымом. Они рассмотрели все до одного и до последних мелочей все эти морские снаряды из колец, шипов, крюков, болтов, пригнанных и прилаженных с такой точностью, что они кажутся каким-то громадным произведением ювелирного искусства -- железным сокровищем, позолоченным ржавчиной, среди бурь. Они обошли кругом маленькую вестовую пушку, прикрепленную к палубе: "Она на цепи, -- заметил турист, -- словно сторожевая собака". "И накрыта блузой из смоленой холстины, чтобы предохранить ее от насморка", -- прибавил парижанин. При удалении от твердой земли высказаны были обычные замечания о перспективе С<ен->Мало; один пассажир сообщил аксиому, что виды с моря на берег обманчивы и что в миле пути можно принять Дюнкирхен за Остенде.
С<ен->Мало побледнел в отдалении, а потом исчез.
Вид моря представлял обширную гладь. Ход корабля оставляет позади его, в океане, длинную борозду, опушенную пеной и тянущуюся почти без кривизны на необозримое пространство.
Гернсей находится посреди прямой линии, проведенной от С<ен->Мало во Франции до Эксетера в Англии. Прямая линия на море не всегда логична. Однако пароходы могут до известной степени следовать прямой линии, недоступной для парусных судов.
Море, усложненное ветром, есть сочетание сил. Корабль есть сочетание машин. Силы суть бесконечные машины, машины суть ограниченные силы. Между этими-то двумя организмами, из которых один неистощим, а другой разумен, и завязывается борьба, называемая мореплаванием.
Пароходство имеет то удивительное свойство, что оно подчиняет корабль порядку. Оно уменьшает повиновение ветру и увеличивает повиновение человеку.
"Дюранда" никогда еще не действовала лучше, чем в тот день. Она вела себя удивительно хорошо.