-- Нет, у меня свое.
-- В таком случае два франка, сударь.
Лицо Фолантэна просветлело.
-- Хорошо, я согласен. А когда мы начнем?
-- Когда вам угодно. Если хотите, сегодня вечером.
-- Отлично, сударыня, сегодня же вечером. -- И поклонился, почтенный из-за прилавка поклоном столь глубоким, что нос дамы чуть не пробуравил пирожного и не пронизал тартинок.
На улице Фолантэн остановился, пройдя несколько шагов. Неужели правда! Вот счастье! Но потом умерил свою радость. Пускай пиршество мое окажется лишь сносным! Довольно! Я не вправе быть особенно разборчивым, столько гнусных яств переел я за свою бедную жизнь! Дама мила, продолжал он свои думы, некрасива, но у нее выразительные глаза. Дай ей Бог всяческой удачи! И ковыляя, мысленно пожелал процветания кондитерской. Затем хитроумно отразил неудобства первого вечера, заказал у бакалейщика шесть литров вина, а придя в канцелярию, составил листок съестных закупок.
Варенье.
Сыр.
Бисквиты.