Книги, поступившія въ редакцію *)
*) См. "Аполлонъ" No 8.
"Аполлонъ", No 9, 1910
1920. Fеlix Braun: "Gedichte". 1909. Leipzig. Haupt und Hammon. 67 p. "Novellen und Legenden". 1910. Leipzig. Haupt und Hammon. 170 p.
Занимаясь въ теченіе нѣсколькихъ лѣтъ критикой, мы ждали той минуты, когда великая радость, вѣнчающая трудъ критика, явится и намъ. Теперь она настала. Въ лицѣ Феликса Брауна предсталъ предъ нами,-- мы пока еще не рѣшаемся сказать -- геніальный,-- во всякомъ случаѣ, крупный талантъ; явился новый поэтъ, на которомъ лежитъ печать совершенства, достойнаго удивленія. Было бы легко сказать, что въ его поэзіи и прозѣ звучитъ иногда нота, напоминающая восторженнаго мечтателя Рильке; было бы нетрудно выслѣдить то или другое вліяніе,-- но для чего? Вѣдь критика сохраняетъ свое значеніе лишь пока рѣчь идетъ о томъ, что не свое, что нехудожественно. Передъ лицомъ истиннаго поэта она должна смолкнуть и изучать его, его языкъ, его мелодію. Техника? Да, она, конечно, не совершенна, и можно было бы найти недостатки, въ особенности въ стихотвореніяхъ Брауна,-- но не лучше ли наслаждаться всей самобытной красотой этого истиннаго поэта? У него достаточно поэтической непосредственности и страстности, чтобы итти своей собственной дорогой, своей властной дорогой. Онъ не даетъ себя увлечь благозвучіемъ словъ; онъ ищетъ ихъ, придаетъ имъ форму, пересоздаетъ и творитъ ихъ,-- и развѣ уже это -- по Маллэрме -- не лучшій признакъ геніальности? У него нѣтъ ума писателя, но у него ясная мудрость поэта. Онъ, какъ всякій юноша,-- еще романтикъ и мѣстами сентименталенъ, меланхоличенъ, но всѣ его настроенія и жесты правдивы и пережиты. Изъ его стихотвореній только три совершенны, но каждое изъ остальныхъ содержитъ что-нибудь неожиданно и трогательно-прекрасное, и если они, какъ цѣлое, не совершенны и закончены, то только потому, что авторъ еще недостаточно умѣетъ отдѣлять случайное отъ существеннаго. Тѣмъ не менѣе, мы должны уже теперь признать его, какъ лирика, однимъ изъ первыхъ. Всѣ его легенды -- сказки, лишенныя собственно реальности, но переданныя чарующе благороднымъ слогомъ.
За исключеніемъ одной ("Снятіе съ креста при свѣтѣ факеловъ"), онѣ также еще недостаточно совершенны и расказаны, немного слишкомъ лиричны -- и все-таки, съ какимъ чуднымъ наслажденіемъ слѣдить отъ строки къ строкѣ за быстрымъ ростомъ его искусства. Кажется, какъ будто раздаются струнные звуки въ тѣнистой мглѣ деревьевъ и позади пылаетъ пурпуромъ вечерняя заря весны. Мы же сидимъ въ сумеркахъ комнаты и слушаемъ. Кто пойдетъ со мной къ молодому королю, чтобы подать ему корону?.
21. Julius Bab: "Der Schauspieler und sein Haus". Vortrag. 1909. Berlin. Oesterheld u C°. 47p. Извѣстный драматургъ и театральный теоретикъ Юлій Бабъ изложилъ нѣсколько своихъ идей въ видѣ лекціи, которая довольно интересна сама по себѣ, но дастъ мало новаго русской публикѣ, воспитанной на мастерской діалектикѣ такихъ наставниковъ, какъ Мейерхольдъ, или учителей, какъ Ивановъ и Брюсовъ. Положимъ, и нѣмецкой публикѣ не дастъ она много больше послѣ всего того, что написано Георгомъ Фуксомъ и другими (впрочемъ о нихъ еще такъ мало знаютъ въ широкихъ кругахъ).
22. Max Koch: "August Graf von Platens Leben und Schaffen". Biographie. 1910. Leipzig. Max Hesse. 480 p.
Каждому, кто интересуется богатымъ и выдержаннымъ искусствомъ одинокаго мученика, т. е. каждому, обладающему тонкимъ чутьемъ поэзіи, мы рекомендуемъ этотъ первый исчерпывающій трудъ о Платенѣ, составляющій введеніе къ полному собранію его сочиненій которое появилось въ томъ же издательствѣ. Достаточно извѣстенъ тщательный и увѣренный способъ работы Макса Коха; но въ этомъ сочиненіи онъ, кромѣ того, высказалъ тепло и не колеблясь свою любовь къ разбираемому автору. Біографія читается легко, какъ хорошо написанный романъ.
23. J. M. R. Lenz: "Ausgewählte Gedichte", herausgegeben von E. Oesterheld. 1909. Leipzig. Fritz Eckardt. 221 p.