Сольнес. Нет. Чтобы получить возможность строить семейные очаги для других, мне пришлось отказаться… навсегда отказаться иметь свой собственный… То есть настоящий семейный очаг — с детьми и… с отцом и матерью.
Хильда(мягко). Но так ли это еще? Навсегда ли, как вы говорите?
Сольнес(медленно кивает). Вот цена того счастья, о котором толкуют люди. (Тяжело вздыхая.) Этого счастья… гм… этого счастья нельзя было купить дешевле, Хильда.
Хильда(по-прежнему). Да разве нет надежды, чтобы все наладилось снова?
Сольнес. Нет. Никакой. Это тоже результаты пожара… Результаты болезни, которую схватила тогда Алина.
Хильда(глядя на него с каким-то неопределенным выражением). И вы все-таки продолжаете устраивать все эти детские?
Сольнес(серьезно). Разве вы никогда не замечали, Хильда, что невозможное… всегда как будто манит и зовет нас?
Хильда(задумчиво). Невозможное?.. (Оживленно.) Да, да! Так и с вами то же?..
Сольнес. И со мной.
Хильда. Значит, и в вас сидит что-то вроде тролля?