Сольнес. Почему тролля?
Хильда. Ну, а как же назвать это?
Сольнес(встает). Да, да, пожалуй, так. (Горячо.) Да и как мне не стать троллем, если со мной всегда и везде бывает так? Всегда и во всем!
Хильда. То есть как это понять?
Сольнес(сдавленным от волнения голосом). Слушайте хорошенько, что я буду говорить вам, Хильда. Все, что мне удалось сделать, построить, создать красивого, прочного, уютного… да и величавого… (Ломая руки.) О, страшно подумать даже!..
Хильда. Что? Что страшно?
Сольнес. Что все это я постоянно должен выкупать… платить за все… не деньгами… а человеческим счастьем. И не одним своим собственным, но и чужим! Да, вот оно что, Хильда! Вот во что мне как художнику обошлось мое место, и мне самому… и другим. И я день за днем вынужден смотреть, как другие вновь и вновь расплачиваются за меня. День за днем, день за днем… без конца!
Хильда(встает и пристально смотрит на него). Теперь вы, верно, думаете… о ней?
Сольнес. Да. Больше всего об Алине. У нее ведь тоже было свое призвание, как у меня свое. (Дрожащим голосом.) Но ее призванию суждено было быть исковерканным, разбитым вдребезги, чтобы мое могло окрепнуть… одержать какое-то подобие великой победы! Да, надо вам знать, что у Алины… были тоже способности строить, созидать.
Хильда. У нее! Строить?