Боркман. Да зачем же ты всегда ходишь пешком, Вильхельм? У тебя ведь под боком конка.
Фулдал. Пешком здоровее. Да и десять эре останутся в кармане… A-а, Фрида недавно была у тебя, играла?
Боркман. Сейчас только ушла. Вы не встретились на дворе?
Фулдал. Нет. Я уж давно и в глаза ее не видал. С тех пор, как она перебралась к этой фру Вильтон.
Боркман(садится на диван и указывает жестом Фулдалу на стул). Что ж, присаживайся и ты, Вильхельм.
Фулдал(присаживается на кончик стула). Благодарю. (Удрученно смотрит на него.) Ах, ты не поверишь, как я одинок с тех пор, как Фрида переехала!
Боркман. Ну, что там! У тебя и без нее их довольно.
Фулдал. Правда, целых пятеро. Но одна Фрида еще того… понимала меня немножко. (Печально качает головой.) Остальные не понимают вовсе.
Боркман(мрачно глядя перед собою и барабаня по столу пальцами). Вот, вот! Словно проклятие какое тяготеет над нами, единичными, избранными людьми. Масса, толпа, все эти средние люди — они не понимают нас, Вильхельм.
Фулдал(смиренно). Да и бог с ним, с пониманием. Запасшись терпеньем, можно бы еще как-нибудь крепиться. (Со слезами в голосе.) А бывает и горше того.