Фру Алвинг. Да, я находилась под давлением долга и разных соображений. И вот я лгала сыну, лгала из года в год. О, какая трусость, какая трусость!
Пастор Мандерс. Вы создали в душе вашего сына счастливую иллюзию, фру Алвинг… Не умаляйте значения этого.
Фру Алвинг. Гм, кто знает, хорошо ли это, в сущности?.. Но никаких историй с Региной я все-таки не допущу. Нельзя, чтобы он сделал бедную девушку несчастной.
Пастор Мандерс. Нет, боже упаси! Это было бы ужасно.
Фру Алвинг. И знай я еще, что это с его стороны серьезно, что это могло бы составить его счастье…
Пастор Мандерс. Что? Как?
Фру Алвинг. Но этого не может быть, Регина, к сожалению, не такова.
Пастор Мандерс. А если бы… Что вы хотели сказать?
Фру Алвинг. Что, не будь я такой жалкой трусихой, я бы сказала ему: женись на ней или устраивайтесь как хотите, но только без обмана.
Пастор Мандерс. Но, боже милостивый!.. Сочетать их законным браком! Это нечто ужасное, нечто неслыханное!..