Доктор Стокман. Нет, это, само собой, с их стороны была большая глупость. Но ведь она будет исправлена.
Ховстад. Вы думаете… не будет никаких зацепок?
Доктор Стокман. Будут они или не будут, а дело должно быть сделано во всяком случае.
Ховстад. Да, если пресса возьмется за него.
Доктор Стокман. Не будет нужды, дорогой мой. Я уверен, что брат мой…
Ховстад. Извините, господин доктор, но я хочу вас предупредить, что намерен серьезно взяться за это дело.
Доктор Стокман. В газете?
Ховстад. Да. Когда я принял «Народный вестник», у меня было намерение во что бы то ни стало прорвать этот заколдованный круг старых упрямых мумий, которые забрали себе всю власть.
Доктор Стокман. Но вы сами же рассказывали мне, чем это кончилось. Вы едва не погубили газету.
Ховстад. Да, тогда пришлось сложить оружие, это совершенно верно. Тогда можно было опасаться, что курорта не создать, если те люди падут. Но теперь он создан, и без этих знатных господ можно обойтись.