Ховстад(понижая голос). Особенно, если он… ваш отец, хотел я сказать.
Петра(пораженная). Вот что!
Ховстад. Да, Петра… фрёкен Петра.
Петра. Так вот что у вас на первом плане? Не самое дело? Не истина? Не великое сердце моего отца?
Ховстад. Да, да, само собой, и это тоже…
Петра. Нет, благодарю. Вы уже проговорились, Ховстад. И я вам больше ни в чем не верю.
Ховстад. И вы можете так сердиться на меня за то, что я главным образом ради вас…
Петра. Я сержусь на вас за то, что вы не были искренни с отцом. Судя по вашим разговорам, вам всего дороже была истина, благо общества. Вы провели и отца и меня. Не тот вы человек, за кого себя выдавали. И этого я вам никогда не прощу… никогда!
Ховстад. Вам бы не следовало говорить со мной таким тоном, фрёкен Петра. Меньше всего теперь!
Петра. Отчего бы и не теперь?