«Неужели убит?» — подумал Дегтярев, подползая к нему. Академик лежал неподвижно, раскинув руки, будто хотел обнять землю.
— Викентий Иванович!
Академии не отозвался.
Сгущались сумерки. Дегтярев попытался приподнять академика, но тут же понял, что один не донесет. Подполз Иван Иванович Козлов. Они подняли Викентия Ивановича и понесли. Немцы стреляли в темноту, не целясь, пули повизгивали то справа, то слева, и вскоре стрельба прекратилась совсем.
Академика принесли в окоп и положили в блиндаже. Он дышал неровно и хрипло. Зажгли коптилку, и тогда все увидели красное пятно на гимнастерке пониже ключицы.
Прибежала Наташа и остановилась у порога обессилев.
— Он жив. Скорей нужно на перевязку, — сказал Владимир.
В блиндаж в сопровождении Комарикова вошел генерал.
— Ну, что с ним? — спросил он.
— Тяжело ранен в грудь. Нужно скорей на операцию.